М.Железняк (ironyak) wrote,
М.Железняк
ironyak

Categories:

Бывают чудные сближенья...

Ирина Львовна была недотепой.
Как профессиональный филолог, она могла бы сказать о себе куда больше: рохля, тетеря, растяпа, тютя, мямля, размазня, шляпа, кулема...

Было совершенно необъяснимо - как она, всю жизнь проработавшая в солидном литературном издательстве, мгновенно и напрочь утрачивает весь свой словарный запас в общении с представителями сферы услуг?

Любой ее контакт с продавцами, сантехниками, парикмахерами, электриками и малярами неизбежно заканчивался потерями и разочарованиями.
Ее обвешивалии и обсчитывали, ей не давали сдачу и завышали цену, работу делали халтурно или не делали вовсе.
Ирина Львовна робела, терялась и не могла вымолвить ни слова.

Переезд в Израиль уже в значительном возрасте, мало что изменил. А уж ее, прямо скажем, не слишком виртуозное владение ивритом, и вовсе не добавило уверенности в своих силах.

"А вот я ему прямо так и скажу: "Лама каха?" - планировала Ирина Львовна очередной поединок.

Но шук слезам не верит...

Нисим Мизрахи, сколько себя помнил, всегда торговал овощами на Кармеле. Сначала с отцом, потом сам.
Шук был его жизнью, он чувствовал дыхание этого огромного организма, знал его нрав и повадки...

       - А-а-а-а-а-а-а!!! - в перманентном кураже начинал орать Нисим, заглушая все звуки в округе, - я сошел с ума!!! У всех помидоры по шесть шекелей, а у меня по пя-я-ять!!!

У Ирины Львовны кружилась голова. От яркости прилавков, от запахов, от мелькания лиц...

       - А-а-а-а-а-а-а!!! - она вздрогнула от рева над головой, -  у всех пучок редиски по четыре с половиной, а у меня по четыре шекеля!!!

Она решилась. Шалея от собственной смелости и демонстрируя незаурядную коммерческую жилку, Ирина Львовна твердо и непреклонно заявила:

       - Я возьму два пучка за десять!

Нисим, готовый бороться за объявленную цену до последней капли крови, словно налетев на невидимую стену, внезапно перестал орать и открыл рот.

       - Гверет, ты сумасшедшая? - тихо спросил он.

Еще никогда его не унижали столь цинично и изощренно.
Его личная система мироздания не просто дала сбой, она рушилась на глазах, погребая под собой все самое святое.

Механически двигаясь, он отпустил покупательницу, насильно всучив ей два шекеля сдачи, и уставился в пространство.

       - А-а-а-а-а-а-а... Я сошел с ума... - по привычке, но без вдохновения вступил Нисим. И замолчал.
Продолжать не хотелось.

Он с ненавистью посмотрел на тщательно вымытые, красиво выложенные овощи, и стал опускать жалюзи своей лавки.

Такого шук Кармель еще не знал...
Нисим оставался на посту и в августе 79-го, когда подхватил лихорадку, и его в лютую жару трясло от озноба, и в январе 92-го, стоя по колено в воде во время наводнения, вызванного двухнедельными проливными дождями, и летом 14-го, когда над Тель-Авивом разливалась выматывающая душу сирена воздушной тревоги...

Коллеги озабоченно и тревожно смотрели ему вслед...

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 32 comments